Сергей Борисович Фролов С-87

"Шинель", или "Гоголь отдыхает"

Приходит к нам в номер в Хилтоне наш старшина Малашенко (Барсик) и говорит, что сам слышал, как начкурса Витя Зимин говорил жене по телефону, что сегодня они идут в театр смотреть гоголевскую "Шинель".

Бред какой-то?! Зимин и театр - вещи не совместные. Насторожило и то, что "Шинель" - не особо театральное произведение.

Однако, и вправду, примерно часов в 17.00 Витя уходит со службы, что обычно он делал только после 20.00. Самым отъявленным "негодяям" курса стало как-то не по себе. "Зря хорошего человека обижали, не такой уж он дубинноголовый как кажется... по театрам ходит". Всем было слегка стыдно за свои предыдущие поступки, затеплилась надежда на разные послабления со стороны нашего театрала. По этому поводу и выпили...

С утра на построении курса Барсик решает развить театральную тему и спрашивает Витю, как тому понравилось в театре, и вообще как пьеса, кто был в главных ролях и пр.

В глазах офицера пустота:

- Про какой театр вы тут говорите?

- Про тот, где Вы вчера с женой были.

- Малашенко, я не идиот по театрам ходить. Мы с ней на примерку ходили. Должен же кто-нибудь со стороны посмотреть, как на мне новая шинель сидит.

Вот такой у нас был Акакий Акакиевич.

Поправочка в Устав

Лично я впервые услышал от г/л-та Дородного: Команду "Равняйсь!" надо выполнять резко... так, шоб сопли летели на грудь четвертого человека.

***

Чудесная книжка "Календарь воина"! Позволю себе процитировать в добавления к тем, что припомнил Алекс Тарасов:

"Солдатская дружба - что ДЗОТ!"

"Один в поле не воин, а коллектив - локомотив!".

Кроме этого там печатались и чудесные "народные" частушки. По мнению составителей, со сцены должно было звучать следующее:

Канцлер боннский занедужил
Реваншистской манией.
Гроб на фирме вашингтонской
Закажи заранее!

Ах, ракета, ты, ракета!
Просто хочется обнять!
Ведь в любую точку света
Можем мы тебя послать!

ПАПАША

Если кто помнит, то в году, эдак, 84-ом набрали в Институт на один семестр довольно колоритную группу будущих и действующих военных советников.

Колор заключался в том, что все (!) они были генералами. «Старшиной курса» у них назначили генерал-лейтенанта. Они ходили на занятия, в столовую, передвигаясь неким слабым подобием строя (возможно, дабы явить нам пример) и пр.

Народ долго шугался, но потом привык и даже обнаглел до того, что стал их полагать себе подобными, типа: Ну и что, что генерал... Он же здесь, как и я учится... Значитца - обыкновенный курсант. Ну, типа, ладно - ускор.

И вот с такими ясными мыслями забились мы все в грузовой лифт и, т.к. путешествие было далекое (на двенадцатый этаж), стоим себе и ждем отправки. С нами по случаю оказался один из генералов. Весь в колодках от каких-то немыслимых наград немыслимых стран.

Лифт свистит «перегруз». Мы ставим процесс на «раз-два-прыгнули-нажали», но т.к. генерал потупился и прыгать с нами отказывается, то затея не срабатывает.

И тут раздается требовательный голос из угла: Папаша! А тебе что, особо отсчет давать надо? «Папаша» взялся за сердце и вышел из лифта...

Через полчаса двенадцатый этаж был «окружен» комендантом Тараканом. Опознание результатов не дало. Курсантам было запрещено пользоваться лифтами в-а-а-ще. Пойманных на месте преступления арестовывали с самыми идиотскими формулировками, вроде «нарушение порядка и правил перемещения по территории Института.

ПЕЧАТЬ

Вот опять про Витю 3. - культовая личность, блин... Так вот, был у Вити посыльный. Звали посыльного Вова Невейкин. Привет, Вован!

И пришел он однажды с первой ознакомительной «ходки» домой к Вите 3. на Танковый переулок. Заходит он к нам в «Хилтон» весь какой-то не свой, потерянный и синий... Мы его водкой отпоили, и он нам рассказал страшилку про Витины апартаменты.

Главное в его рассказе заключалось в том, что у Вити дома телевизор был одет в синий чехол со шнурком, который был внизу затянут и ОПЕЧАТАН!!!

НАПУГАЛ

История эта состоит из двух частей. Часть первая. Осень, мы на втором курсе и заступили в караул. Я - начкар. В 7.30 после прибытия со смены Валера Егоров (караульный) вместе с Гришей Шлыком (разводящим) заходят в комнату начкара, где я сладко сплю. В силу причин необъяснимых Егоров снимает с плеча автомат и стреляет в потолок. Полный аут.

Наверху, в казарме юрлы, все остались живы только благодаря юрловской задроченности, которая заставляла их вставать вовремя и бегать кругами по плацу, высоко прыгать и низко приседать. Пуля прошла сквозь койку племянника п-ка П. (нашего начфака) и улетела к херам собачьим.

Опуская подробности типа моего доклада на середине плаца генерал-лейтенанту Д., что де «...происшествий не случилось, за исключением...», можно сказать, что отделались легко: меня в очередной раз выгнали из тесных рядов КПСС и посадили на «файв», стрелок Егоров и разгильдяй Шлык получили по «трехе».

К дырке в потолке потянулись паломники и экскурсии.

Часть вторая. Мы уже на четвертом курсе. Наш последний в Институте караул. К тому времени появилось (откуда только?!) неимоверное число вокеров, которые занимали какие-то немыслимые должности, но продолжали считать себя «настоящими окопниками» и на виияшек смотрели, как на что-то несуразное.

Так вот, один такой персонаж в шитой фуражке и стал нашим дежурным. Он долго и нудно расспрашивал нас об обязанностях и предлагал решать хитроумные, с его точки зрения, вводные. Ну а под конец развода начал рассказывать страшилку, в которой смутно угадывались события, описанные выше.

По его словам выходило, что были жертвы и всех участников событий посадили. Заметив ехидные ухмылки, он поинтересовался, что смешного он сказал. Под гробовое молчание народа я сообщил ему, что тот караул, который он видит перед собой сейчас, и является тем самым караулом, про который он нам рассказывает. Причем с точностью до одного курсанта.

«Вот, - говорю я, - тот Егоров, вот разводящий Шлык Григорий Иванович, а вот я».

У бедняги случился общевойсковой ступор с выкатыванием глаз, вытиранием испарины, моментально образовавшейся под шитой фуражкой, и т.д.

Последняя ночь в карауле прошла спокойно. Он делал за нас все, только что сам дозором не ходил.

ДОСЛУЖИЛСЯ

Данная история приключилась в Дальневосточном округе, где служило и служит немало выпускников Института. Когда большевички и их политотделы «кончились», тогда же и начала загибаться структура спецпропаганды. Руководство в Москве (ни одного выпускника нашего факультета там нет) решило скопировать американскую систему с ее батальонами психоопераций.

Командовать же этими батальонами стали назначать людей совсем ничего в этом деле не смыслящих, причем люди эти были страшнее вокеров. Они были выпускниками гражданских вузов, которым понравилось в армии.

В нашем случае этим персонажем оказался Валера Иванов, выпускник МГУ (Мордовский ГУ). Человек долго шел к своей мечте - командовать воинской частью. Когда его назначили, он от счастья запил так, что чуть умом не тронулся.

Его первый приказ по части был краток: «П/п-ка считать вступившим в должность командира. Подпись: п/п-к Иванов». Тут бы ему и остановиться ... Но он взял и выписал себе доверенность на немедленное получение командирской зарплаты. Ее текст, размноженный на ксероксе, хранится, я думаю, у каждого дальневосточного финансиста.

Вот этот шедевр. «Доверенность. Дана п/п-ку Иванову для получения денежного довольствия п/п-ка Иванова. Подпись п/п-ка Иванова заверяю. Командир в/ч ХХХХХ-А п/п-к Иванов». (Фамилия изменена).

ПОЛ - ПИВА

Место действия - то же (казарма третьего курса спецов над авто классом). Действующие лица - те же. Но начиналось все достаточно мирно...

Банный день. Витя 3. строит курс и приказывает мне «отконвоировать» его в баню. Кто знает, что представляла собой «баня» на нашем третьем/третьем, тот вспомнит.

Для остальных поясню, что народ воспринимал этот поход как практически легальную и узаконенную пьянку. Витя 3. пребывал в своих иллюзиях, не веря, что курсант может пить алкоголь просто так и в будний день, поэтому сам с нами в баню не ходил.

Так вот, из всего курса (около пятидесяти человек) назад я сумел привести троих. Сам был четвертым. Трое со мной были тоже пьяны, но не определились с продолжением на вечер и поэтому отправились в казарму.

У входа в казарму нас ждала засада - замполит факультета п-к Т. (Папа Игл). Увидев его, мы изобразили строй «в колонну по одному» и попытались отдать ему честь на марше. Не получилось... Он нас остановил и поинтересовался, где весь курс. Я ему ответил, что «курс, собс-с-но, вот».

Глядя на Алекса Тарасова (автора предыдущих правдивых историй), он заподозрил неладное.

- Товарищ курсант! Да Вы пьяны!!! - заволновался Игл. - Сознайтесь, Вы пили?!

- Да, виноват, выпил полбутылки пива... Тут Игл произнес фразу, ставшую легендарной: Вы ОДИН выпили целых полбутылки?!

Алекс уронил голову на грудь и изобразил вершину раскаяния. Игла так сильно впечатлила «пьянка» Тарасова, что он забыл искать оставшийся курс.

P.S. Потом меня наказали, но как уже не вспомню...

ВОВОЧКА

Однажды на потолке лестницы нашей казармы над автоклассом появилась надпись: «3.! Я тебя не боюсь! Вова». Все это было проделано при помощи «чернения» спичкой по штукатурке.

И тут разыгралась драма! Витя 3., изрядно устав от ругательных надписей «в свою честь», разбросанных по всему Институту, вычислил «негодяя» с быстротой, достойной всяческого изумления.

Он втупую проверил все личные дела курсантов и выяснил, что на нашем курсе всего ОДИН Вова (Невейкин). Понимаете?! Один! Это все равно, что подписать записку именем типа Евздрохий или Мартин Лютер Кинг, где все есть суть правда.

На мычание Вована, что, мол, «... я на курсе не один...» - 3. гордо при всех заявил: «Один... Вова... Один... И я тебя поймал!»

Невейкин потребовал почерковедческои экспертизы. Процесс затянулся. В 1987 г. мы выпустились.

Мораль? Товарищей по курсу надо знать по именам.

ОТМОЛНИРОВАЛ

Надо заметить, что Витя 3. страдал определенной тягой к различного рода простым и доступным его пониманию техническим средствам. Секундомер, свисток, набор цветных офицерских флажков и т.д. То есть, если у него в руках оказывался секундомер, то он обязательно что-то засекал по времени, свисток - свистел, флажками давал отмашку...

На четвертом курсе, когда мы переехали в «Хилтон», в его руках оказался железный офицерский фонарик. Ну, знаете, такой с тремя стеклышками разного цвета. Поскольку угловая комната курса находилась в прямой видимости его окон, Витю осенило. Была разработана стройная система световых сигналов, которая, по замыслу автора, должна была облегчить ему контроль за курсом после вечерних проверок.

Типа, в условленное время «три белых» из окна старшины Малашенко (в миру Барсика) означали, что все в порядке. «Один красный» - кто-то не прибыл. Список сигналов включал в себя практически все аспекты жизнедеятельности курса. Система работала ровно два дня.

Как всем известно, Барсик был совсем не дурак выпить. И вот, изрядно накушавшись в нашей компании, он отправил световой сигнал, о котором утром на совещании сержантов его подробно расспрашивал Витя. По его словам выходило, что Барс «отмолнировал» ему не совсем связный текст: «Курс спит, незаконно отсутствующих нет, т.к. никого нет вообще, но срочная помощь не нужна, т.к. ужин прошел нормально...»

Дальнейшие эксперименты сосветотехникой были прекращены.

Александр ТАРАСОВ С-87

WHO IS ХУ.?

Как-то так сложилось, что с самых первых дней пребывания на нашем курсе у Вити 3. ничего не получалось. Он у нас третий нач. курса был, пришел на повышение с курсовых у Рэда.

Помнится день второй. Кто-то ночью на его двери глубоко так нацарапал: «Витя 3. - ху.!» Дверь он перед построением осмотрел, обиделся и пошел ябедничать Кудрявому Арарату (нач.фака п-к П.).

Арарат пришел, вызвал старшину Малашенко (Барсика), и перед хамовато ухмыляющимся строем произошел следующий диалог.

Арарат: Малашенко! Что там на двери написано, а?! Как не стыдно?! Что написали, а?!

Барсик: Ну...

Арарат: Не нукайте, я повторяю свой вопрос...

Барсик: Витя 3. - ху.!

Арарат: Для Вас не «Витя 3.», а «товарищ майор». Тьфу! Что это я? Я же Вас спрашиваю не о том, за что Вы товарища майора ...уем» обозвали, а про то, как вам не стыдно было на его двери писать: «Витя 3. - ху.!» Вот я о чем спрашиваю!

Курс был в корчах. Арарат понял, что наговорил лишнего и закончил разборку следующей поучительной фразой: И вообще, Виктор Викторович, давайте сами разбирайтесь тут кто ху., а кто не ху.. Я, между прочим, начальник факультета». И ушел.

Курс уже просто стоял и плакал, обнявшись, чтобы не упасть.

P.S. Ну что было Вите ждать от будущего? Только следующего набора. Три страшных долгих года.

ШИРИНКА НА ЗАМКЕ

Навеяно предыдущим... Хлястики у нас тоже воровали, но это (почему?!) не считалось воровством.

В принципе, количество хлястиков на руках у курсантов всегда в несколько раз превышало количество шинелей, к которым их можно было привесить. Но в наше время народ пошел еще дальше: в каптерках стали тырить шнурки. Причем, если особо «жадный» товарищ делал узелок после каждой дырочки на ботинках, шнурки просто резали на лапшу от огорчения, что не удалось снять. Теперь сама история.

У нас на курсе не только пропадали предметы обмундирования, но и появлялись лишние. Так вот. У меня с Мишей Панченко (Папа) было своего рода состязание по добрым и веселым взаимным гадостям. Условие было одно - не наносить материального ущерба, т.е. нельзя уничтожать или приводить в негодность добро соперника. Причем понятие «ненанесение» было достаточно размытым: выпотрошенная в пачку чая сигарета формально не наносила ущерба, т.к. при известном терпении чай можно и перебрать. Всяко бывало...

Своим шедевром считаю следующее. Как-то раз, уж не помню чем, но Папа меня шибко достал. Мой ответ был скор и жесток. Я не пожалел денег и купил маленький (но весьма надежный) гэдээровский замок. Перед построением (которое так любил наш курсовой Витя 3.) увольняемых я привесил этот замок на Папины штаны, собрав на дужку замка все дырочки для пуговиц на его ширинке.

Подойдя к Папе и показав ему ключ, я задал сакраментальный вопрос: Папа, тебе этот ключ нужен? Папа отрицательно покачал головой и произнес аналог нормативного русского «а зачем?» Я сказал: «И правильно... Незачем». Ключ полетел в форточку на Волочаевскую.

Врать не буду: в брюках с замком на м...дях Папа не ходил, но один раз все же их примерил. Смотрелось забавно.

P. S. Дужку замка Папа пилил лобзиком дня четыре. Умели делать надежные вещи в ГэДээРе.

ОРЕЛ СВИНЬЕ - ТОВАРИЩ

Так... Из раннего. Расцвет борьбы с пьянством в Военном институте в 1986 году ознаменовался появлением в стенной комсомольской печати различных псевдо­поговорок и пословиц с закосом под народность.

Особый фурор произвел шедевр главного комсомольца тех времен Миши Пушкина: Пьешь «Нарзан» - орлом летаешь, водку пьешь -свиньей ползешь!

На следующее утро после появления в коридоре «растяжки» с этой мудростью кто-то глубоко переосмыслил прочитанное и приписал снизу: «Таким образом... «Нарзаном» водку запиваешь - как свинья орлом летаешь!

СЛЕДСТВИЕ

Зима 1984-85 гг. Какая-то неосторожная курсистка взяла да и разделась в раздевалке на «цоколе», оставив там сумасшедше дорогое по тем временам кожаное пальто, хотя умные люди там даже хлястики с шинелей снимали.

Так вот. Ко всем неудачам курсистка оказалась крупной мазисткой, поэтому кафедре криминалистики (или чего-то там) было строжайше поручено изловить вора. В роли следователя выступал военно-морской юридический полковник по кличке Друг детей.

В нарушение всех брежневских конституций, процессуальных законов и пр. одним из следственных действий явилось распечатывание анкеты с вопросами типа «Где Вы находились в момент кражи?», «Кто был с Вами вместе?» и т.д. Один вопрос был просто замечательным даже для того времени - «Кого Вы могли бы (?!) подозревать?» Причем в вопросе не было сказано, в чем собственно надо кого-либо подозревать.

Теперь подошли к самому главному. Заполнение анкет проходило индивидуально. Было объявлено, что можно писать анонимно и «левой рукой по-французски». Третий курс третьего факультета, совершенно не сговариваясь, т.к. на то не было никакой возможности, на последний пункт вопросника ответил: «Майора 3.».

Прочитавшие анкету впали в ступор. Получен 100% результат! На дальнейшие уточняющие расспросы народ уклончиво отвечал: «Почему-почему... Странный он какой-то... Подозрительный... Не верю я ему...»

СЧЕТОВОД

К вопросу о вокерах и воронах. Так вот, птицы-вороны умеют считать до десяти, а дальше начинают путаться. С вокером такого не произойдет никогда, он ограничивается пятью-шестью цифрами!

Теперь стори. Начиная с четвертого курса, на нашем третьем факультете Витей 3. (кличка Офицер, коротко и емко) был введен институт вечерних выдач «фишек» с осмотром убывающего домой москвича. До 3. даже собирать с утра «фишки» никому не приходило в голову.

Народ воспринял новшество по-разному, но большинство срывало сразу после развода на сампо. Страдали в основном сержанты (Ваш покорный слуга), которые по очереди сидели до 20.00 и рулили построением, осмотром и раздачей «фишек». Картина, на которую приходили смотреть с других курсов.

В строю человек семь-восемь. Мы с 3. деловито осматриваем носки и прочую тряхомудию. Мне вручается стопка «фишаков», штук, эдак, 20-25. Следует команда:

- Сержант Фролов! Раздать увольнительные записки!

Я выкрикиваю имена присутствующих и вручаю им по две-три «фишки».

- Все увольнительные розданы?

- ВСЕ, товарищ майор! И так два года...

НОВЫЙ ТЕРМИН

Довелось мне в начале перестроенных годов поучаствовать в укреплении торгово-экономических отношений с Китаем. Делал я это в качестве переводчика. Язык ихний я знаю неплохо. Все бы хорошо, но люблю я шуточки разные стилистические.

Так вот, мы по бартеру (денег нет ни у тех, ни у других) меняли наши 40-тонные карьерные самосвалы на всякий мерзкий ширпотреб, называемый тогда ТНП (товары народного потребления). Короче, нам, как папуасам, втюхивали обрывки бус, кусочки зеркал и т.д. Я же все это называл «свистульки и колокольчики». Нашу делегацию это сначала веселило, но потом все привыкли и стали употреблять это словосочетание сами. Нормальными стали фразы типа «...дай каталог со свистульками» или «...когда мы сможем увидеть образцы ваших свистулек и колокольчиков». Кто не знает - поясняю: у китайцОв с юмором вообще-то никак. Нет его там - в нашем понимании, да и ни в каком другом тоже нет.

А на той стороне переводчиком был такой благообразный (насколько китаец может быть благообразным) дедок. День на третий он так вежливо поинтересовался у меня по поводу «свистулек и колокольчиков», заметив, что во всех словарях данное словосочетание отсутствует, а по раздельности не соответствует теме переговоров. Я ему скорехонько объяснил, что это совершенно новый перестроечный термин - полный синоним ТНП. Дедок сделал пометочки в своем блокноте и удалился.

После долгих и нудных переговоров, сопровождаемых бесконечными пьянками, китайцам удалось через взяточников в Москве «убедить» нас поменять-таки наши самосвалы на ихний неликвид. По случаю подписания этой грандиозной наё....ки из Москвы приехал тогдашний замминистра внешней торговли. Все чин чином. Ихний министр и наш поставили подписи и устроили большую пресс-конференцию.

Первым по протоколу на трибуну вылез ихний «перец». Похвалил, поблагодарил и порадовался по полной программе. Все бы хорошо, но в конце своей речи он решил слегка конкретизировать, о чем идет речь: «Я выражаю большое удовлетворение данным соглашением, по которому мы получаем ваши современные карьерные самосвалы в обмен на наши ТНП».

Надеюсь, вы уже догадались, что дедок-переводчик решил козырнуть знанием перестроечных реалий и перевел «ТНП» как те самые милые мне «свистульки и колокольчики».

Наша делегация поступила сообразно герою-пионеру П.Морозову и, наперебой крича и толкаясь, сдала меня тут же. Зря. У замминистра оказалось чувство юмора. Он, бедолага, так ржал, что едва не скомкал все и вся. Китайцы остались в непонятках.

Сложный тост

Продолжение цикла «Из жизни переводяги в Китае». Многое (если не все) зависит от того, как взаимодействуют переводчики сторон. Причем, не важно, разбазариваем мы народное добро (самосвалы, лес, удобрения и т. д.) или сеем в китайские сумеречные души высокое искусство. Так вот - суть.

Город Далянь. Не оцененный своим партийным руководством молодой военный китайский переводчик (не оцененный, так как и правда тупой) решает на очень важном и весьма официальном банкете сделать мне подлянку, т.к. я оказался умный и всеми оцененный.

Решил он, бедолага, реабилитироваться в глазах своего руководства. Он понимал, что на моем фоне ему это сделать без мазы, и поставил мою карточку на самый дальний стол, где меня не слышно и не видно. А мне что? Спасибо! Посижу, отдохну от необходимости переводить всякий бред.

Надо заметить, что в тот раз с нашей стороны главой делегации был один из наших «выдающихся» деятелей культуры, весь «заслуженный» и «народный». Он, красавец, быстрехонько назюзился в редкостный хлам и его понесло. Для начала он вспомнил, что сегодня (в смысле тогда) у его сына день рождения, что рожала его жена в муках, как и положено по христианским канонам. Потом он вспомнил, что через два дня - день рождения у него самого.

Бедный китайский переводчик! Он уже все понял, но отступать было поздно. Дальше наш товарищ посетовал, что если б жена потерпела пару деньков, то оба дня рождения пришлись бы на один день, что, по его мнению, есть вершина счастья любого мужчины. Но не судьба...

После перевода последней его сентенции китайские товарищи как-то странно засуетились, начали сочувственно хлопать по плечу, водки еще долили и выпили. Из дальнего своего угла я услышал обрывки фраз о том, что «...в Китае хорошие врачи..., все поправимо...» и т. д.

Опуская долгие разборки, передаю примерный смысл перевода тоста на китайский: «За мою больную жену! За моего сына-недоноска! И вообще, у меня в жизни все через жопу!»

Бедняга-«народный» до конца поездки ловил на себе сочувственные взгляды китайского руководства.

Не произносите сложных для понимания тостов.

ПОСЛОВИЦА

К вопросу о переводе пословиц. Работал я как-то с одним из наших ныне здравствующих дальневосточных губернаторов. Всем мужик хорош, но любит, падла, пословицы и поговорки, которые, как известно, не переводятся ва-а-ще. Только смысловой аналог.

Так вот. Сидим с китайцАми, банкетируем. На несколько тостов аналоги нашлись. Далее я взмолился прекратить, дескать, хватит, дружок, говори проще.

Он: Ты переводчик?

Я: Да.

Он: Так переводи!

Я: Как переводить?!

Он: Как я говорю, так ты и переводи.

Я: Слово в слово?

Он: А как же?! Ты что ж, меня раньше «отсебятиной» переводил?!

Далее в руки берет бокал главный китайский «перец» и произносит долгий тост об исторических корнях китайско-российской дружбы. Типа «вы нам помогли в пятидесятых... Амур нас не разъединяет, а соединяет» и т.д. Все радостно закусывают.

В ответ встает наш и произносит что-то вроде: «В наших отношениях было по-разному: и хорошо, и плохо, но кто старое помянет - тому глаз вон!» Когда я все это перевел, китайцы спали с лица.

Он: Чтой-то они погрустнели? Что ты им сказал?!

Я: То, что вы сказали, ...как просили - дословно.

Он: А что я сказал?

Я: Вы только что пообещали выбить глаз любому, кто еще хотя бы раз заговорит об истории.

Этот банкет стал последним, куда меня приглашала краевая администрация.

ЗАГАДКА ТОРГОВЛИ

Когда работаешь переводчиком, «чудеса» происходят не только ТАМ, но и ЗДЕСЬ. 1987 год, Хабаровск, площадь у ж/д вокзала.

Был там в ту пору магазин «Уцененные товары», очень любимый китайцАми за его дешевизну. Перестройки тогда еще не случилось, наш советский народ поглядывал на «братьев» свысока (1$ = 0.64 руб!) и в магазины такие не захаживал.

КитайцЫ же, напротив, их очень полюбляли. Вот. Завожу я в этот магазин банду из двадцати китайских «перцев». У них на руках у каждого рублей по 35-40 (бешеные бабки!). И видят они, мои ласковые, что продаются там КОНЬКИ (!!!).

Поясню: в Северо-Восточном Китае (Харбин, Чаньчунь и т.д.) тогда (да и сейчас) обладание коньками круто поднимало социальный статус их обладателя. Коньки все старенькие, лезвия тупенькие, «гаги» называются, но цена - 20 коп.- привела всех в неописуемый восторг.

Было принято решение закупить всю партию. В магазине нашлось пар сорок. Оплатили. Все чудесно. Тут же начали делить и примерять. Выяснилось, что на нескольких парах отсутствуют шнурки. Китайцы - ко мне, я - к продавщице. Дальше - внимание! ОНА: Шнурки продаются в соседнем отделе по 35 копеек.

Сколько я ни пытался объяснить, почему КОНЬКИ СО ШНУРКАМИ стоят дешевле, чем ШНУРКИ БЕЗ КОНЬКОВ, у меня ничего не вышло. К легендам о загадочной русской душе приплюсовалась легенда о такой же загадочной советской торговле.

Теперь самое смешное. Это правда!