Игорь Николаевич Евтеев В-77

1975 год. Занятия физкультурой летом проводились на стадионе "Энергия".

На кафедре физкультуры были сплошь заслуженные в спортивном отношении люди - защитник сборной СССР по футболу В. Пономарев, вице-чемпион Европы по классической борьбе А. Киров и другие.

Анатолий Николаевич Киров доброты был огромной. Мог так показать на курсанте борцовский приём, что тот потом всё занятие отлёживался на матах. Причём, он это делал не со зла - просто настолько был профи своего дела.

Так вот, однажды пошли мы всем курсом на этот стадион на занятия. Непосредственно перед занятиями Киров построил курс и попросил: Товарищи курсанты! Убедительно прошу вас не ругаться во время занятий матом. Поймите - нас же за это е*ут!

Смех долго не смолкал на стадионе.

***

Было это давно - тогда в караул ходили с учебными автоматами без патронов. Нахождение на посту напоминало хождение сторожа с металло-деревянным посохом. Только, пожалуй, штык-нож как-то отдалённо давал понять, что вроде бы это военный объект охраняется.

Поскольку настоящих "буйных" было мало даже на кафедре ОТП (дубовая роща), то, естественно, и разводы караула проходили гораздо смешнее передачи "Городок".

Один пример.

Был на кафедре ОТП такой полковник Куроцапов, преподавал Вооружение и боевую технику. Силы был необычайной - сам одной рукой поднимал танковые тяжеленные агрегаты.

Так вот, однажды он проводил развод в качестве дежурного по институту. Задав 2-3 дежурных вопроса и получив стабильный ответ на вопрос об обязанностях часового типа "...услышав лай караульной собаки, часовой обязан продублировать его голосом", Куроцапов внезапно сделал свирепую физиономию и скомандовал: Развод, смирно! Развод, слушай пароль!

Вопреки вашим ожиданиям, смеха не последовало, т.к. при церемонии начала развода полковник Куроцапов, поздоровавшись с караулом:

- Здравствуй, развод! - получил ответ:

- Здравствуй, Куроцапов!

Все остались довольны друг другом, и службу мы несли очень весело, хотя по внешнему виду полковник Куроцапов весьма напоминал Собакевича из бессмертной поэмы Н. В. Гоголя "Мертвые души".

Вот так смягчал души некогда грозных боевых офицеров наш ВИИЯ.

***

Наш начальник курса, п-пк Деревянко Николай Кузьмич, имел много замечательных особенностей (что, к сожалению, выясняется лишь со временем). Так он, когда хотел себя подбодрить, выходил из своего кабинета в коридор и, видя беспечно снующих туда-сюда курсантов своего курса, любил сказать как герой М.И. Жарова: "Как я зол!".

Однажды зимой наш курс был дежурным подразделением и нас послали убирать от снега Волочаевскую улицу. Конечно, удовольствие ниже среднего, но и здесь, если постараться, можно повеселиться.

У нашего начальника курса был "Запорожец" ЗАЗ 969. Вот он-то и помешал нам в уборке.

Недолго думая, мы перенесли его с одной стороны улицы на другую. Время было вечернее, и Николай Кузьмич решил отправиться домой - мы же продолжали убирать снег. Сначала мы услышали недоуменный возглас:

- Ни х*я себе, где же он?

Потом раздался истошный вопль:

- Старшина! Где моя машина?

Когда ему показали, где она стоит, он постоял в задумчивости и потом изрек: Зае*ут меня эти курсанты.

* * *

1974 год. Воскресенье. Наш нач-к курса Деревянко "в нападении". Пользуясь случаем, в 18.00 решил проверить наличие оставшихся вне увольнения курсантов. Старшина проверяет, выкрикивая фамилии: Бинну! (Володя Бинну, ассириец по национальности, царствие ему небесное, жуир, прожигатель жизни и любимец девушек).

Нет ответа.

Деревянко спрашивает у меня (я был командиром языковой группы): Где Бинну?.

Я ничего умнее не придумал, как ответить, что он в библиотеке.

- В воскресенье? - спросил Деревянко. - Вы что, меня идиотом считаете?

В общем, я отправил своего коллегу быстро позвонить Володе и сказать, что надо срочно приезжать в Институт (оказалось, что он ушёл в самоход, ничего не сказав мне).

Прошло несколько часов, начальник курса засобирался домой и попросил меня проводить его до КПП, устраивая по дороге мне разнос. Тут мы лицом к лицу сталкиваемся с Бинну. Володя, ты где был? - строго спросил Николай Кузьмич.

Шатающийся (рост 160 см при весе 57 кг) Володя ответствовал: Понимаете, товарищ майор, ко мне на КПП сестра приехала и привезла 2 кг шоколадных конфет с ликёром. Я их все съел и немного устал, поэтому и шатаюсь.

Ноздри м-ра Деревянко раздулись до неимоверности, но видно желание уйти домой все же пересилило и он, решив не устраивать разбирательств, сказал: Все у вас, у турок, через жопу.

Следует заметить, что учили мы турецкий.

***

Наверное, многие, кто в то время учился в ВИИЯ, хорошо помнят чрезвычайно жаркое лето 1972 года. Горят торфяники под Москвой, а сама столица окутана дымкой. Мы приехали с лагерного сбора в Институт.

Как-то стояли мы около восьмиэтажного корпуса и ждали команды по движению к столовой. Тут появляется начальник ВИИЯ, Герой Советского Союза генерал-полковник Андреев А.М. (какие были люди!). Естественно, команда "Смирно!" и последующий доклад.

Далее "Дед" (прозвище Андреева) увидел майора Царева (зам. начальника МТО Института) и, потеряв интерес к курсантам, направился неспешно к нему.

Потом мы стали свидетелями такого диалога:

- Царев!

- Я, товарищ генерал!

- Царев, видишь эти елочки?

- Так точно, вижу!

- Так вот, Царев. Если эти елочки у тебя засохнут, ты у меня завянешь!

И "Дед", насвистывая, пошел дальше.

* * *

Рассказали мне эту историю офицеры, учившиеся на 3 факультете. Кто помнит, тогда это была спецпропаганда с начальником курса полковником Филипповым и зам. по полит. части полковником Зиминым. О последнем и пойдёт речь.

В 70-х годах оживилась работа с членами семей военнослужащих, особенно с женами.

Итак, собрание жен офицеров, учившихся в ВИИЯ. Зимин, ведший это собрание, очень любил непечатное слово-паразит "*бенуть". А теперь сама история.

После обязательного доклада об успехах родной страны и партии на пути строительства коммунизма полковник Зимин перешел к вопросу о культурно-массовой работе.

- Товарищи женщины, *бенуть, у нас есть возможность сводить вас, *бенуть, в театры Москвы, - сказал он и ощутил какое-то волнение женского коллектива.

- Я могу предложить, *бенуть, Малый театр - "Доходное место" или "Не в свои сани, *бенуть, не садись", а кроме того - Театр Сатиры - "Проснись, *бенуть, и пой".

Тут грохнул дружный смех, по поводу которого довольный полковник Зимин заметил:

- Ну вот, *бенуть, сатиру мы все любим, туда и пойдем.

***

В "Аквариуме" принимают в члены КПСС. Впереди меня один из наших выпускников с Запада. Слышу за дверью возмущённые голоса членов парткомиссии: Совсем распустились, им бы всё отдыхать! Ну, и тому подобное. Тут выходит наш выпускник, весь красный, но вроде бы довольный. Я договорился с ним, что он меня подождёт. Меня забросали вопросами о визитах наших партийных и военных бонз. Удовлетворив их агрессивное любопытство, я принял устные поздравления по случаю принятия в члены и вышел из зала.

А мой коллега уже отошёл от волнения и рассказал следующее. Вся парткомиссия, пригревшись под лучами поздне-весеннего солнца, лениво слушала председателя, который знакомил их с прибывшим для прохождения комиссии. Задав несколько ничего не значащих вопросов, члены комиссии готовы были уже поздравить нового члена КПСС, как вдруг, наконец, проснулся старенький вице-адмирал и с пристрастием спросил моего коллегу: А как Вы думаете, где сейчас министр обороны находится? Наш герой, живо представив себе чудесный майский день, ничтоже сумнящеся отчеканил: Конечно, на даче! Старый моряк чуть не задохнулся от ярости. Оказывается, министр обороны находился где-то с официальным визитом. От позора моего коллегу спасло лишь то, что он смог назвать всех членов и кандидатов в члены политбюро. Вот такую шутку сыграла с нашим коллегой весна 1979 года.

***

Эту историю я услышал в Германии.

В 1983 г. НАТО объявило о развёртывании крылатых ракет в Европе, чем вызвало головную боль у советского руководства и стран Варшавского Договора. Для инспекционной поездки в Германию прибыл министр обороны маршал Устинов Д.Ф., естественно со свитой. Главком ГСВГ срочно дал указание подготовиться к встрече надлежащим образом. Эта команда дошла и до подразделения, которое содержало свиноводческую ферму. И решил командир этого подразделения доставить приезжающим удовольствие - вызвал к себе прапорщика Нечипоренко и приказал поменять у немцев несколько взрослых свиней на молодых поросят. Удостоверившись, что прапорщик знает по-немецки как будет «Добрый день!» он послал его к немцам.

Нечипоренко вернулся вдрызг пьяный, но задание выполнил. Над его рассказом весь штаб ГСВГ смеялся неделю. А дело было так. Он приехал к немцам и сразу же приступил к выполнению задания. "Их бин айне гросс швайн" (Я- одна большая свинья), - радостно закричал он, заметив здоровенного немца. Немец от радости, что русский озвучил то, что у него вращалось на языке, загоготал: "Яя, Яя!". Но прапорщик неожиданно для немца добавил: "Ду бист цвай кляйне швайн" (Ты - две маленькие свиньи). Нечипоренко потом рассказал, что, увертываясь от немца, он несколько раз пересекал довольно большую площадь свинофермы, пока не догадался вытащить шнапс и предложить выпить за советско-немецкую Фройндшафт! (Дружба). Немец остановился, они выпили и только после этого договорились о деле.

С тех пор, как только надо было о чём-то договориться с немцами, сразу же вспоминали Нечипоренко и его больших и маленьких свиней.

***

Рассказал товарищ, учившийся на курсе у подполковника Шелестюка.

Очередной ленинский субботник. Все в запарке. П-к Ф.Т. Мякишев, пользуясь случаем, ходит по этажам и проверяет наличие стенной печати и присутствие на стендах стенгазет, посвященных этому мероприятию.

Как всегда, стенгазета готова, но почему-то не повешена. Все это вызывает шумный протест Фаддея Тимофеевича: Вы весь субботник испортили тем, что не успели повесить стенгазету. Теперь ваши товарищи не смогут воодушевиться должным образом на коммунистический труд! - выговаривает он редактору стенгазеты.

Тот, ощущая себя единственным виновником отсутствия воодушевления, жалобно канючит, дескать, тов. п-к, не за что вешать газету на стенд – металлических ушек нет с отверстиями для гвоздей.

П-к Мякишев разруливает ситуацию: Идите к п/п-ку Шелестюку и возьмите у него.

Благодарный редактор, не чуя под собой ног, подбегает к двери начальника курса, громко стучит в дверь, услышав - "Да!" радостно открывает дверь и спрашивает у уставшего от всей этой канители нач-ка курса: Тов. подполковник, у Вас ушки есть?

Медленно наливающийся яростью Шелестюк, вспомнив разом все свои проблемы, связанные и с субботником, и с п-ком Мякишевым, и с последующим увольнением, а также участием в предстоящем "нападении", громко выкрикнул: Х-й у меня есть! Показать?

Так п-к Мякишев и не дождался, когда же, наконец, будет повешена стенгазета.

***

Генерал-лейтенант Т. любил начинать офицерские собрания фразой: Бабы в зале есть? Нет? Ну, хорошо... (и погнал по бездорожью).

Он же: Внешний вид - это лицо. А с таким внешним видом ни к девушке подойти, ни в другие места.

Он же: Что за надменное ношение головных уборов? Мы же не лидеры ливийской революции!

Он же: Согласно приказу министра обороны происходит массовая гибель часовых...

Он же: Прием пищи - это культурное мероприятие.

Ну и дальше в таком роде.

***

Было это давно, на одной из лекций по современному наступательному бою. Начальник кафедры оперативно-тактической подготовки п-к Г. (кто учился в то время в ВИИЯ, сразу же вспомнит его лицо и колоритную фигуру а-ля колобок) читал вступительную лекцию.

Характеризуя общевойсковой бой с применением ядерного оружия, он вытаращил глаза, весь покраснел и громогласно изрек: «При общевойсковом современном бое с применением ядерного оружия всё горит. Земля горит, леса горят, вода горит... Отставить! Она не горит, она испаряется! И только танки - этот мощный броневой кулак - идут вперёд до покраснения!»

***

Ему же приписывают высказывание в отношении защиты кандидатской диссертации п­-ком Я. (он работал на той же кафедре). Тема диссертации была «Оборона мотострелкового полка в болоте».

Так вот, на вопрос, что он думает об этом, п-к Г. ответил: «В болоте может обороняться или мудак, или п-к Я.».